ПЕРВОЕ ПОСЛАНИЕ К КОРИНФЯНАМ СВЯТОГО АПОСТОЛА ПАВЛ - Страница 84

Стих 10. Или нас ради всяко глаголет? Нас бо ради написася, яко о надежде должен есть оряй орати, и молотяй с надеждою своего упования причащатися.

Или, говорит, под образом волов, это о нас говорит закон? Или всяко о нас? — Всяко вставлено, чтоб в вопросе предуказать и ответ, решительно утвердительный, не допускающий никаких возражений (святой Златоуст). Потом все-таки прибавляет: да, это о нас написано, — никакого сомнения нет, что о нас. Что же написано? — Не то, что следует: яко должен есть оряй орати и проч., а что сказано впереди: да не заградиши устен вола молотяща. Здесь же после написано приложено прообразовательное истолкование того закона, только опять не простым словом, а метафорою (святой Златоуст). Вместо того, чтобы сказать: да, о нас это написано, в той мысли, чтоб мы возделывали души ваши и сеяли в них семена истины, и затем всячески вас направляли к тому, чтобы вы приносили плод, не беспокоясь о своем содержании, — подобно тому, как возделывающий землю, возделывает ее в надежде, что она даст ему плод, и молотящий молотит в полной уверенности, что вкусит хлеба, — вместо того, чтобы так полно описать мысль свою, Апостол берет одно последнее сравнение и его выставляет, давая самим читающим разуметь, что под этими образами он разумеет проповедников слова. «Словами: о надежде должен есть оряй орати, Апостол то же сказал, что: учитель должен получать возмездие за труды» (святой Златоуст). Тем, что поместил в слове и орание — начало дела, и молотьбу, почти конец его, — он показал непрерывность труда Апостолов над верующими, то есть что не так они действуют, чтоб посеял слово, и все тем сделал. Нет; но продолжают бдеть над ними и трудиться, чтоб выбить из них все доброе и отвеять от них все недоброе. «От сеяния он переходит к молотьбе и тем внушает, как велики труды учителей, которые и пашут, и молотят» (святой Златоуст). Последние слова: и молотяй, и проч., можно читать так: и молотящий молотит в надежде причаститься упования своего, то есть того, чего он чаял с тех пор, как начал орать и сеять; дело к концу подходит, близко время, когда он вкусит плода трудов своих. «Таким образом, закон о незаграждении уст вола молотящего означает не что иное, как то, что трудящиеся учители должны получать вознаграждение» (святой Златоуст).

«Вот и четвертое доказательство того, что надобно доставлять пропитание учителям» (святой Златоуст). Довод из существа дела проповеди.

Стих 11. Аще мы духовная сеяхом вам, велико ли, аще мы ваша телесная пожнем?

«Апостол приводит новую основательнейшую причину, почему они имеют право брать именно ту, что они не только трудятся, но и сами доставляют ученикам гораздо важнейшее» (святой Златоуст). Мы, говорит, сеем духовное, велико ли, если пожнем телесное. «Дав гораздо большее, погрешаем ли, если берем гораздо меньшее?» (Феодорит). «Видишь ли причину, справедливейшую и основательнейшую прежних? Там, говорит, вещественные семена, вещественный и плод; а здесь не так, но семя духовное, а воздаяние вещественное. Дабы доставляющие что-нибудь учителям не думали о себе много, он показывает, что они больше получают, нежели дают. Земледельцы что посеют, то и пожинают; а мы сеем в душах ваших духовное, а пожинаем вещественное, ибо такова доставляемая нам пища» (святой Златоуст). Вкушающие духовных благ от веры и сами собою готовы бывают все отдать тем, которые привели их в причастие сих благ. Ибо вера Христова — не голая теория, а дело обновления души, которое тотчас и ощущается. Ощутивший же его сознает, что сподобился блага, которому цены нет на земле. Как не будет такой готов всем делиться с своим просветителем?!

Стих 12. Аще инии власти вашея причащаются, не паче ли мы? Но не сотворихом по области сей, но вся терпим, да не прекращение кое дамы благовествованию Христову.

Усиливает значение предыдущего повода для коринфян, припоминая, что делают они для других, или как у них иные пользуются подобным правом получать от них или брать с них. Он хочет сказать, что если б мы у вас захотели пользоваться своим правом, то вы не могли бы против этого ничего сказать не по существу только дела, но и по тому, что бывает у вас с иными. Кто сии иные? Апостол не определяет их ничем; но кто бы они ни были, больше того, что доставляют Апостолы, никто доставлять не мог. Если б даже эти иные не худое что доставляли, и тогда Апостол мог сказать: не тем ли паче мы? Если ж это были какие-нибудь смутители, то этому паче и меры нет. Святой Златоуст разумеет здесь лжеучителей каких-то, о которых во втором послании писал святой Павел: поядают вас, отъемлют, величаются, по лицу биют (2 Кор. 11, 20). Строго определять, впрочем, кто сии иные, не настоит надобности. Ибо не в качестве их сила, а в том, что они пользовались содержанием и некоторыми выгодами от коринфян, между тем как не могли идти в сравнение с Апостолами. Слова: власти вашея, значат: власти над вами, или над вашим, или права своего на ваше; причащаются — пользуются. Власть — право, как выше: или не имеем власти сестру-жену водити, или не имамы власти, еже не делати? Святой Златоуст видит в этом указание на дерзость, насилие и корыстолюбие пользовавшихся властию. «Они управляют вами, показывают власть над вами, поступают с вами, как с рабами, не только берут с вас, но и с великим настоянием и дерзостию. Очевидно, что он намекает на каких-то зловредных людей и обольстителей. Но как бы то ни было, всяко из сего обстоятельства выходило: вы и сами у себя постановили и имеете правилом доставлять содержание. Не паче ли нам? Не паче ли нам доставили бы вы его, если б мы того захотели?»